Она выбрала не кресло врача, а роль создателя медицинских систем. Ее проект «Гемера» доказывает: современная клиника — это не просто стены и оборудование, а сложный механизм, где ошибка может стоить человеку жизни. В интервью — о том, как превратить пустое помещение в центр спасения, почему дешевый тендер может погубить пациента и зачем застройщикам думать о поликлиниках на этапе проекта.
Почему медицинский бизнес, а не практикующая медицина?
Это вопрос, который я часто задаю себе сама. Я осталась в медицине, но выбрала роль архитектора системы. Желание было простым: чтобы мои близкие и сотни тысяч других людей получали помощь быстро и качественно. Я видела, как талантливые врачи вынуждены работать на износ в устаревшей инфраструктуре, а пациенты теряют время в очередях. Это как строить мост через бурную реку. Можно каждый день переплывать с одним человеком на спине — это героизм, но он не решает проблему. А можно построить мост, по которому пройдут тысячи. Я выбрала мосты. Мой бизнес — это «мединжиниринг»: как из идеи и пустого помещения в короткий срок создать клинику, где каждый элемент работает на здоровье. Когда вижу, как открывается поликлиника в Янауле, оснащенная нами под ключ, или врачи получают инструмент, о котором мечтали, — понимаю, что я на своем месте.
Гемера — это древнегреческая богиня дня. Как философия бренда соотносится с вашим подходом к делу?
«Гемера» — это свет, ясность и движение вперед. Мы изначально закладывали в бренд идею прозрачности. Особенно это важно в госпроектах, где цена ошибки слишком высока. Мы не просто классический дистрибьютор. Мы — технологический партнер, который ведет объект от идеи до запуска: проектирование, стройка, поставка оборудования, обучение персонала и сервисное сопровождение. Это модель «три в одном», востребованная в рамках нацпроекта «Здравоохранение». Регионы получают не коробки с техникой, а готовое работающее медицинское учреждение.
Удается ли отстаивать качество в госзакупках, где конкуренция часто строится только на цене?
Самое сложное — когда экономия становится самоцелью. Чиновник выбирает самый дешевый лот, а через под оборудование ломается. И виноватым остается врач. Снижение начальной цены на тридцать–пятьдесят процентов при поставке сложной техники — не добросовестная конкуренция, а путь к поставке неликвидов, которые не пройдут контроль Росздравнадзора. Мы системно доказываем это в ФАС и судах. Я не готова мириться с контрафактом и «серыми» схемами. Оборудование, которое лжет, — это прямая угроза безопасности пациентов. Поэтому «Гемера» предлагает комплексные контракты: от таможни до ввода в эксплуатацию с полной юридической ответственностью. Нужно, чтобы заказчик и поставщик говорили на одном языке — языке ответственности перед пациентом.
Вы возглавляете Комитет медпрома в Ассоциации заслуженных врачей РФ. Какие болевые точки видите сегодня?
Я вижу иллюзию безопасности. Врач думает, что работает на исправном приборе, а тот лжет и выдает неверные данные. Кто виноват в ошибочном диагнозе? Не тот, кто выбрал дешевого поставщика, а врач. Это недопустимо. Вторая проблема — административный пресс, когда прямой выбор оборудования врачами заменяется торговыми играми. И юридическая ловушка: кто ответит за ошибку прибора — чиновник или врач у операционного стола? Моя миссия — защищать интересы врачей и добросовестных поставщиков. Потому что если врач не доверяет своему оборудованию, страдает пациент. Другого пациента у нас нет.
Ежемесячно десять процентов от дохода компании идет на благотворительность. Это ответственность или нечто большее?
Это необходимость. Когда ты видишь глаза матери, которая не знает, где взять деньги на операцию ребенку, или понимаешь, что сельский врач работает за копейки без нормального оборудования, ты не можешь сказать: «Это не мое дело». Десять процентов — это мой способ сказать: «Я с вами».
Мы помогаем детям‑сиротам, ребятам с редкими заболеваниями, врачам. А женщинам, которые хотят прийти в медицинский бизнес, советую: не бойтесь быть собой. Ваша сила — в умении слышать и сопереживать. Всегда задавайте себе вопрос: поможет ли это решение живому человеку? Если да — действуйте.
Какие стратегические направления вы видите для «Гемеры» в ближайшие годы?
Масштабирование проекта «Клиника у дома». Сегодня по всей России — от Владивостока до Краснодара — прокуратура останавливает стройки из‑за отсутствия социальной инфраструктуры. Проблема в логике: сначала бетон, потом попытки вспомнить про поликлиники. Мы предлагаем другой путь: интегрировать качественную медицину в жилой комплекс на этапе проектирования. «Клиника у дома» — это готовое, быстрое решение для застройщиков и муниципалитетов. Это не просто подарок государству, а параллельный бизнес в активе девелопера, управляемый профессионалами. Я приглашаю к сотрудничеству главврачей, инвесторов и застройщиков. Давайте делать так, чтобы люди, получая ключи от новой квартиры, знали: рядом их ждет современная клиника. Это не мечта. Это наш общий мост в будущее.
